Проблемы преюдиции в уголовном процессе

Преюдиция в уголовном процессе // Должна стать не помехой, а помощником правосудия

Проблемы преюдиции в уголовном процессе

Если не вдаваться в детали, то уголовно-процессуальный институт доказательственной преюдиции (когда фактические обстоятельства, установленные судебным решением по одному делу, считаются заведомо установленными без доказывания по другому делу) столкнулся в последние годы с двумя серьезными проблемами.

Первая проблема привела к появлению лазеек для обхода важнейших доказательственных правил в связи с развитием в российском уголовном процессе разнообразных производств, построенных на признании вины и не предполагающих полноценного доказывания (назовем их условно «производства без доказывания»).

К ним относятся сейчас особый порядок рассмотрения уголовных дел при согласии обвиняемого с обвинением (глава 40 УПК РФ), досудебное соглашение о сотрудничестве (глава 40.1 УПК РФ), дознание в сокращенной форме (глава 32.1 УПК РФ).

Возникли разнообразные схемы, когда, например, по сложному уголовному делу с одним из обвиняемых заключается досудебное соглашение о сотрудничестве, после чего его дело выделяется и быстро рассматривается в особом порядке (без доказывания).

Поскольку постановленный приговор имеет стандартное преюдициальное значение, то факты считаются установленными, хотя производство по основному делу продолжается, защита готовится к состязательному судеб ному разбирательству и собирается оспаривать доказательства и аргументы обвинения.

Но зачем, если все уже решено благодаря преюдициальному характеру приговора по выделенному делу? Где здесь доказывание со стороны обвинения? Его нет вовсе: выделенное дело рассмотрено в особом порядке (на основании признания), а основное — на основании преюдиции от выделенного дела. Ясно, что бенефициарами (вольными или невольными) от такого рода схем являются органы уголовного преследования, которые полностью избегают бремени доказывания. К правосудию все это отношения не имеет.

Вторая проблема привела к появлению лазеек для ухода от уголовной ответственности, и прежде всего по экономическим и подобным им преступлениям. Связано это с Законом от 29.12.2009[1], который превратил межотраслевую преюдицию в неопровержимую.

Иначе говоря, факты, установленные решением гражданского или арбитражного суда, не могут быть опровергнуты в уголовном судопроизводстве, какими бы доказательствами ни располагали органы уголовного преследования. Возникли не менее изящные схемы, опирающиеся на диспозитивность гражданского (арбитражного) процесса.

Для легализации любой уголовно наказуемой сделки достаточно создать пару фирм-однодневок и «поиграть» с ними в псевдопроцесс: предъявить иск, признать его, отказаться от него и т.п.

В результате возникает преюдициальное гражданское решение о законности сделки, с которым в уголовном процессе сделать ничего нельзя (преюдиция-то неопровержимая). Гражданские и арбитражные суды упрекать здесь не за что: полицейско-следственных функций у них нет и быть не должно. Все дело в Законе от 29.12.2009.

Конституционный Суд РФ предложил использовать для преодоления преступных «преюдициальных схем» механизм пересмотра гражданских (арбитражных) дел по вновь открывшимся обстоятельствам. Но его предложение, мягко говоря, выглядит странно.

Во-первых, следственные органы не являются участниками арбитражного (гражданского) процесса — откуда у них тогда процессуальные права по инициированию пересмотра? Во-вторых, механизм пересмотра долог — а кто мешает за это время провести еще два, три, десять псевдопроцессов с фирмами-однодневками? Так и будем гоняться за тенью? В-третьих, эффективность любого расследования обратно пропорциональна длительности гражданских (арбитражных) процедур по пересмотру различных дел по вновь открывшимся или каким-то иным обстоятельствам. Ясно, что бенефициарами от таких схем являются уже обвиняемые (подозреваемые), которые полностью избегают уголовной ответственности. К правосудию все это также отношения не имеет.

Федеральный закон от 29.06.2015 № 191-ФЗ, который нельзя не приветствовать, решил только первую из обозначенных проблем. Это уже немало. Но ко второй он отношения не имеет — ее еще предстоит решить, если мы хотим, чтобы институт преюдиции способствовал правосудию, а не мешал ему.

Технически сделать это несложно: достаточно лишь вернуть межотраслевой преюдиции в уголовном процессе опровержимый характер, когда решение по гражданскому (арбитражному) делу в обязательном порядке учитывается, исследуется, но может быть опровергнуто соответствующими доказательствами с учетом того, что арбитражный (гражданский) суд не проводит расследования, не устанавливает истину и действует лишь inter partes. Нужна лишь политическая воля.

Источник: https://zakon.ru/blog/2015/9/17/preyudiciya_v_ugolovnom_processe__dolzhna_stat_ne_pomexoj_a_pomoshhnikom_pravosudiya

Преюдиция в уголовном процессе – Ида Тен

Проблемы преюдиции в уголовном процессе

В соответствии со ст. 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) «Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, за исключением приговора, постановленного судом в соответствии со статьей 226.

9, 316 или 317.

7 настоящего Кодекса, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки.

При этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле». Данная статья закреплена в процессуальном законодательстве с целью минимизации противоречий между приговорами судов в отношении одних и тех же обстоятельств.

В ее основе лежит юридическое предположение истинности вступившего в законную силу судебного приговора. При этом данная норма является дискуссионной и породила плюрализм мнений, нашедший своё отражение в научной полемике. Однако, большинство авторов сходятся в одном трактовка ст.

90 УПК РФ противоречит принципу свободы оценки доказательств, который является одной из основ уголовного процесса.

Если отдельная правовая норма противоречит принципу отрасли права, то она должна быть признана недействительной и не может применяться.

Также, особое внимание в доктрине уделяется вопросу о том, что возможность реализации внутреннего убеждения в уголовном процессе ставит под сомнение решениями, принятые в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства.

В связи с вышеизложенным, автор ставит перед собой задачу, рассмотреть наиболее актуальные вопросы применения преюдиции, сложившиеся в теории и практики уголовного процесса.

Понятие уголовно-процессуальной преюдиции

Первым вопросом, на который мы бы хотели обратить внимание, является вопрос о понятие уголовно-процессуальной преюдиции. Во-первых, отсутствует единообразный подход в определении преюдиции, так как законодатель не закрепляет этого определения. В статье 90 УПК РФ также понятие не раскрывается, а только даются точные указания применения преюдиции.

В доктрине, напротив, сложилось множество определений, в основе который лежат различные основания. Так, А.С.

Березин под преюдицией понимает «юридическое правило, устанавливающее специальные условия использования в доказывании вступивших в законную силу приговоров (судебных решений по гражданским делам) с целью устранения противоречий между актами правосудия, связанных единством фактических обстоятельств».

В доктрине существуют различные трактовки понятия, отличающиеся емкостью того или иного определения. Но в большинстве все авторы рассматривают преюдицию как правило или средство доказывание.

Немало тpудностей возникает в связи с отсутствием в УПК РФ толкования следственных и иных пpоцессуальных действий, полномочий органов дознания, дознавателя, следователя, пpокурора по собиранию и пpоверке доказательств на стадии возбуждения уголовного дела, сохранения (или утраты) ими юридической силы в случае его возбуждения на основе этих доказательств. Рассмотрение преюдиции как средства доказывания, является вполне обоснованным. Так ст. 90 УПК РФ закреплена в главе «доказательства» и непосредственно само воздействие на процесс доказывания преюдиции очень важно. В качестве правила рассмотрение преюдиции также является правильным, так как сама по себе она не наделена детальным механизмом реализации, в связи с этим возникают ряд спорных вопросов.

Как уже было сказано выше, преюдиция имеет очень важный значение, так как упрощает работу суда. И суду уже нет необходимости устанавливать факты, которые уже были установлены ранее судом.

Однако в доктрине данная позиция не однозначна. Так, С.П.

Ефимичев утверждает, что преюдиция должна существовать только в гражданском судопроизводстве, а в основе доказывания вины по уголовному делу, должны лежать доказательства, которые проверены и собранных в данном деле.

Следующий вопрос, который требует своего внимание, является проблема устранения сомнений в достоверности тех фактов, которые уже установлены.

В УПК РСФСР, а именно в статье 28 было закреплено, что, если у суда по уголовному делу появится сомнения или возникнут новые факты в отношение тех обстоятельств, которые уже были установлены судом, это может служить поводом к пересмотру уже существующего приговора суда.

Нынешнее законодательство исходит из более строгой формулировки, что порождает ряд вопросов. Так, статья 17 УПК РФ закрепляет принцип свободной оценки доказательств.

Анализ статьи 17 УПК РФ позволяет рассмотреть правовую природу данного принципа, подразумевающего личную и непосредственную оценку каждого доказательства, без каких-либо формальных законодательных ограничений. Внутреннее убеждение, должно формироваться на основании закона и основывается на всей совокупности доказательств.

Согласно ст. 90 УПК обстоятельства, уже установленные приговором суда, признаются в уголовном процессе, без дополнительной проверки, то есть презюмируются. На основании этого, можно сделать вывод, что, когда мы применяем преюдицию, тем самым мы игнорируем внутреннее убеждение должностного лица или судьи и соответственно не можем говорить о соблюдении принципа свободы и оценки доказательств.

Для соблюдения данного принципа, необходимо предпринять ряд мер, направленных на создание системы обстоятельств, устанавливаемых межотраслевой преюдицией, а также на создание легальной возможности для участников уголовного судопроизводства сомневается в достоверности обстоятельств, уже установленных судом с правом их оспаривания на всех стадиях уголовного процесса.

Конституционный Суд Российской Федерации (далее – КС РФ) постановил, что прежняя редакция ст. 90 УПК РФ не предполагает возможности при разрешении уголовного дела не принимать во внимание обстоятельства, установленные вступившими в законную силу.

Законодатель закрепил новую редакцию данной статьи, которые на наш взгляд сконструировал в ней юридическую схему межотраслевой безусловной преюдиции, не учитывая многих положений.

Рассматривая противоречие между анализируемым институтом и принципом свободы оценки доказательств, необходимо обратить внимание на такую их общую особенность, как наличие межотраслевых свойств, или универсальность.

На основании всего вышесказанного, можно сделать вывод о том, что редакция ст. 90 УПК РФ противоречит принципу свободы оценки доказательств и соответственно нуждается в изменениях.

Автор предлагает следующее изменения, а именно после слов «судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки» надлежит добавить: «если такие обстоятельства не вызывают у них обоснованных сомнений».

Также, автор предлагает для устранения противоречий по вопросам преюдии, создать механизм проверки преюдиционого судебного акта. А именно создать перечень оснований и порядок обжалования решений суда. Данный механизм позволит разрешить ряд противоречий и гарантировать справедливое решения суда.

Источник: https://idaten.ru/law/ugolovniy-process/preudiciya-v-ugolovnom-processe

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.